После смерти должника его сын унаследовал не только имущество, но и обязанность выплатить потерпевшему более 112 тысяч гривен невыплаченной компенсации.
Хмельницкий апелляционный суд оставил в силе решение о взыскании с наследника долга, возникшего на основании утвержденного судом мирового соглашения о возмещении вреда потерпевшему в ДТП. Суд пришел к выводу, что обязанность исполнить денежное обязательство, определенное мировым соглашением, не прекратилась со смертью должника и перешла к наследнику в пределах стоимости полученного наследственного имущества.
Обстоятельства дела
Спор возник после дорожно-транспортного происшествия, которое произошло в конце 2020 года. Водитель автомобиля нарушил правила дорожного движения и причинил потерпевшему телесные повреждения средней тяжести. Впоследствии суд освободил его от уголовной ответственности по части первой статьи 286 УК Украины в связи с деятельным раскаянием.
В марте 2022 года между потерпевшим и водителем было заключено мировое соглашение, которое утвердил суд. Стороны согласовали, что виновник ДТП возместит потерпевшему имущественный и моральный вред. Общая сумма выплат составила 172 263,84 грн, которые подлежали уплате частями в течение 35 месяцев.
До своей смерти должник исполнил обязательство лишь частично, уплатив 60 252,91 грн. После его смерти осталась непогашенная задолженность в размере более 112 тыс. грн.
Единственным наследником умершего стал его сын, который принял наследство. В состав унаследованного имущества вошли страховая выплата и два земельных участка. Потерпевший обратился к наследнику с требованием уплатить остаток долга, однако добровольно обязательство исполнено не было. После этого кредитор обратился в суд.
Суд первой инстанции удовлетворил иск и взыскал с наследника 112 010,93 грн в пределах стоимости унаследованного имущества.
Доводы апелляционной жалобы
Наследник просил отменить решение и отказать в иске. Он указывал, что на момент заключения мирового соглашения был несовершеннолетним, не принимал участия в его заключении и не знал о существовании долга до получения претензии кредитора.
Также апеллянт утверждал, что истец избрал ненадлежащий способ защиты, поскольку должен был требовать обращения взыскания на конкретное наследственное имущество, а не взыскания денежных средств.
Кроме того, наследник настаивал, что суд не установил размер долга по состоянию на день открытия наследства. По его мнению, значительная часть платежей по мировому соглашению должна была быть уплачена уже после смерти должника, а потому не могла учитываться при определении объема ответственности наследника.
Позиция апелляционного суда
Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и указал, что обязательство, возникшее на основании утвержденного судом мирового соглашения, не является таким, которое неразрывно связано с личностью должника. Следовательно, оно не прекратилось после его смерти и вошло в состав наследства.
Коллегия судей подчеркнула, что в случае смерти должника в правоотношениях, допускающих правопреемство, его обязанности переходят к наследникам. При этом наследник отвечает по долгам наследодателя лишь в пределах стоимости имущества, полученного по наследству.
Суд также обратил внимание на практику Верховного Суда, согласно которой закон обеспечивает баланс между интересами кредитора и наследника. Кредитор не утрачивает право требовать исполнения обязательства после смерти должника, однако наследник не может нести ответственность сверх стоимости унаследованного имущества.
Отклоняя доводы о ненадлежащем способе защиты, апелляционный суд указал, что кредитор не ограничен исключительно требованием об обращении взыскания на наследственное имущество. Закон позволяет использовать и другие эффективные способы защиты гражданских прав, в частности требовать принудительного исполнения обязанности наследником в пределах стоимости унаследованного имущества.
Кроме того, суд не согласился со ссылками апеллянта на практику Верховного Суда относительно определения долга по состоянию на день открытия наследства и признал приведенные им судебные решения нерелевантными для данных правоотношений. Фактически апелляционная инстанция поддержала вывод о возможности взыскания всей непогашенной суммы, определенной мировым соглашением.
Вывод суда
Хмельницкий апелляционный суд по делу №601/1560/25 пришел к выводу, что после принятия наследства к наследнику перешла обязанность исполнить денежное обязательство, определенное утвержденным судом мировым соглашением. Поскольку кредитор заявил свои требования в установленном законом порядке и сроки, а стоимость унаследованного имущества позволяла удовлетворить эти требования, оснований для отмены решения суда первой инстанции не имелось.
В результате апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения, а решение Белогорского районного суда Хмельницкой области о взыскании с наследника 112 010,93 грн — без изменений.
